Биография
Новости
В театре
В кино
Книги
Аудио и видео
Интервью
Статьи
Фотографии
Гостевая
English / Cinema
Авторы
  К списку статей о фильме "Настройщик"

Журнал "Кинофорум",
№ 1, 2005 год

Волки и овцы Киры Муратовой

О фильме "Настройщик" и не только о нем

Кира Муратова и Владимир Высоцкий в фильме "Короткие встречи"
Кира Муратова и Владимир Высоцкий
в фильме "Короткие встречи"
Источник фото: журнал "Искусство кино",
№ 1, 2005

Когда Кире Георгиевне кто-то из журналистов высказал, что "Настройщик" в отличие от ее предыдущих картин "повернут к зрителю", она засмеялась: "Я не виновата! Я ничего не делала! Просто так вышло!.." И почему-то вспомнила пушкинскую Земфиру: может быть, потому, что вольная цыганка сначала была женой грозного Алеко, а потом полюбила молодого цыгана... - как знать?

Но во время своего двухчасового и насыщенного мастер-класса на фестивале "Молодость" 30 октября 2004 года в Киевском Доме кино, коснувшись "Настройщика", Муратова не отрицала для нового фильма возможности стать "зрительским":

"Все зависит от организации проката. Но я поняла, что в "Настройщике" есть для того факторы: есть острый сюжет, а он интересен всем, он никому не мешает, а помогает; сюжет переходит в саспенс, но не со стрельбой, а мягкий; есть красавица-злодейка и есть финал, своего рода хэппи энд, при котором наступает слияние с зрителем. Каждый думает: вот так и я, меня также обижают, но я продолжаю оставаться хорошим и добрым".

Интервьюерам (фильм привлекал внимание задолго до выхода) повторяла:

"Я рада, что осуществила свое давнее постоянное желание снять тихий, традиционный, хороший фильм... Я хотела снять шаблонный фильм, никому не ставящий диагноз, поэтому очень радуюсь".

"Зрительский", "традиционный", "шаблонный" - все это красиво, забавно, но - однако - с большой поправкой на муратовское. По-муратовски: и "остренький сюжет", и "тихий фильм".

Поймите меня правильно: Муратова создала свой кинематограф, свой "артхаус" (так пишут даже на рубашках ее видеокассет). Вы вольны принимать или не принимать. Скажем, лично я, зритель и профессиональный кинокритик, его горячая почитательница, но никого не насилую и не агитирую. Дело добровольное, есть пословица: "Кому нравится арбуз, а кому - свиной хрящик". А в наши дни зрителю обеспечена свобода выбора, хочешь, смотри "Чеховские мотивы", хочешь - "Ночной дозор", хочешь - "Московскую сагу", "Клон", "Две судьбы" по телевизору. У Муратовой существует своя зрительская (к тому же - международная) аудитория, пусть не такая многолюдная, как у боевика "Матрица", но постоянная и преданная. Она-то и отметит некоторые новшества.

Ну, во-первых, "линейное" повествование, последовательность событий и действий или, как теперь модно по-иностранному выражаться, "нарратив". Раньше в своих фильмах-фантазиях, в фильмах-поэмах Муратова не жаловала порядка "что за чем" или "петелька-крючок, петелька-крючок", мысль и чувство парили на экране, как хотели, точнее, как хотел автор-творец. Правда, и в "Настройщике" чистый жанр определить невозможно трудно, российский журнал "Фильм" мудрено (и вряд ли правильно) назвал картину "черно-белой криминальной комедией с элементами мелодрамы". И опять, как всегда у Муратовой, собственно история, которую рассказывают с экрана, прерывается некими вставками, самодовлеющими авторскими образами, фигурами, размышлениями. Но баланс их уже совсем другой, и, так или иначе, прочерчивается последовательность и логика интриги.

Нина Русланова и Рената Литвинова в фильме "Настройщик"
Нина Русланова и Рената Литвинова
фильм "Настройщик"
Источник фото: журнал "Искусство кино",
№ 1, 2005

Интрига! Да, у Муратовой - интрига, и ведут ее ловкие авантюристы. Персонажи фильма делятся на шарлатанов, хитроумных изобретательных хищников, этаких волков в овечьих шкурах, и их близоруких жертв, беспомощных и милых недотеп - двух очень славных, благополучных, обустроенных одиноких вдов. И развертывается на экране сюжет жульничества, обмана.


Сценарий Сергея Четверткова, одного из постоянных в последние годы и ближайших коллег Муратовой (при участии ее самой и Евгения Голубенко), является вольным переложением сюжетов Аркадия Кошко, начальника имперского сыска и известного беллетриста начала XX века, после революции - эмигранта. В советское время забытые мемуары Кошко были переизданы на Украине в 1993-м в сборнике "Старый русский детектив". Но опять-таки это только повод, хотя соединение сюжетных мотивов вековой давности и реалий современного города дает дополнительный эффект: речь о людских пороках, стойких, въевшихся, и о людских слабостях. Простодушный морализм эпохи Аркадия Кошко - "Деньги есть корень зла" - обретает еще на уровне точно прописанного сценария объем, конкретность нашего времени. Современный постсоветский город с потоками транспорта, иномарками, фитнес-клубами, магазинами, набитыми импортом, и сохранившимися полуколхозными лавчонками, солидными банками, пачками денег, передаваемыми из рук в руки, ресторанами (все с поправкой на простодушную окраину) живет, пульсирует, развертывается на экране. В натурных съемках и сценографии "Настройщика" нетрудно узнать Одессу, правда, без "знаковых" эйзенштейновских объектов типа всемирно известной лестницы или статуи Дюка, а также без бернесовских Молдаванки и Пересыпи. Одессу муратовскую.

Она предстала в "Настройщике" черно-белой. По правде сказать, многие удивились: настолько же, насколько предыдущие "Чеховские мотивы" органически черно-белый фильм (по настроению, по частым отсылкам к чеховскому рубежу двух веков, когда новорожденное кино еще не знало цвета), настолько летний, игровой, затейливый "Настройщик", казалось, тяготеет к цвету. Почему сняли так?

Кира Муратова:
      - Я больше люблю черно-белое. В нем для меня больше искусства, больше условности. Цветным я не управляю, оно от меня ускользает. Черно-белую пленку и по производственным условиям у нас на студии легче монтировать сразу после съемки, как я люблю, при цвете это труднее.

С Муратовой не поспоришь, режиссеру виднее, как снимать. Но можно ли забыть яркий, экспрессивный, полный цвета и света мир тех ее картин, где кармином и синим насыщены узоры ковров "Перемены участи", где перламутрово-светло-зеленое поле капусты в первых кадрах "Чувствительного милиционера", "белый лебедь" и "черный лебедь" - две красавицы "Увлечений"? Гамма веселого красного во "Второстепенных людях"? Ведь даже в брутальных "Трех историях" довлеет цвет: синие морские волны, россыпь спелых осенних яблок, зелень веток...

Черно-белое изображение в "Настройщике" утонченно, графично. Но вот интересный эффект: многие видевшие картину (и люди понимающие) вспоминают ее как цветную!

Аферисты, сладкая парочка

Рычаги сюжета, заговорщики и злоумышленники - та самая "красавица злодейка" по имени Лина и влюбленный в нее подкаблучник Андрей, несостоявшийся пианист, поневоле - настройщик роялей и пианино. Это - фаворитка Муратовой, неподражаемая Рената Литвинова и премьер группы "Маски-Шоу" Георгий Делиев. В его Андрее узнаем обросшего бородой хорошенького шафера из сцены венчания в "Чеховских мотивах".

И написаны, и разработаны режиссерски, и сыграны они очень интересно. Нет, это не просто уголовники. Но и не кандидаты в олигархи или криминальные авторитеты. Это крими-интеллектуалы, самодеятельные выдумщики. Уже в первом большом эпизоде супермаркета - выходе Андрея, после того как он чутко подслушал и запомнил из соседнего разговора "перспективный" номер телефона и ловко откупоривал на винной полке дорогие бутылки с крепкими напитками, наспех делал длинный глоток и ставил на место, когда его (не без двусмысленности) ощупывал охранник, этот ловкий воришка мечтательно изрекал: "В жизни есть вещи такие мрачные... Например, смерть. Да. Или запах старости. Запах в жилище стариков. Больные животные. Чечня..."

Далее наш экзистенциальный философ будет с безошибочным психологическим расчетом осуществлять операцию по "тихому" ограблению богатой дамы, в чье доверие он вотрется артистически.

И его подруга, кроме хорошего аппетита, переходящего в прожорливость (это для нее Андрей добывает деньги и закупает - ворует деликатесы), наделена духовными запросами. Она и про папес-су Иоанну расскажет, и собирается изучать немецкий язык - просто по звучанию нравится, красивый язык. И Шопена вспомнит, и Шумана. А наметив в жертву бездетную вдову антиквара, называет это моральным наказанием, справедливым возмездием, Божьей карой за ...убийство нерожденных младенцев.

Спрашиваю у режиссера, входил ли в намерения подчеркнутый контраст между культурным и нравственным уровнем персонажей.

Кира Муратова:
      - Образованность и культура еще никогда не спасали от злодейства. Помните текст: "ВСЕ любят вкус мяса".
      Молодым людям нужны деньги, а их нет. Были бы у них деньги, они были бы другими. Он добрее, и историю с абортами Лина придумывает, чтобы убедить его: надо убить преступную вдову. Она человек с развитым фантазийным воображением.. Деньги ей необходимы на рестораны, клубы и прочее. Были бы деньги, была бы добрее.

      Он ее любит безумно, она его тоже любит, живет с ним на чердаке, лазит вверх по пожарной лестнице. Имели бы деньги, были бы другие...
      В Андрее - клоунское начало Делиева. Он появляется в дверях квартиры смешной, забавный: "Больной Циммерман здесь живет?" (марка пианино, которое пора чинить. - Н.З.) и тут же меняет тон, снимает маску: "Я - настройщик". Это персонаж втирающийся, общительный. Не гнушается аферами, но имел бы деньги, был бы другим.

Итак "мозговой центр" преступления - женщина, Лина. И забавно, что тайным кабинетом, где зреют козни, служит для любовников уютный уголок городского пляжа.

Что же, разве история с фальшивым стотысячным выигрышем в несуществующем тираже, которую тщательно и талантливо разыгрывает настройщик под закадровым руководством умной и хитрой "красавицы злодейки", так далека от нашего сегодняшнего дня? Разве одновременно с миллионными валютными аферами наверху не множатся мелкие бытовые обманы, аферы, гешефты, зачастую кровавые? А воры, проникающие в квартиры пенсионеров и одиноких под видом почтальонов, монтеров, работников собеса, с бумагами, талонами на какие-то подарки или льготы? А целые риэлтерские фирмы, которые, соблюдая всю видимость законности, совершают продажи квартир, а потом убивают владельцев? И часто среди армии махинаторов оказываются люди и с высшим образованием, и с талантом.

Да, в этом Кира Георгиевна права. На пушкинский вопрос о гении и злодействе мир давным-давно отвечает положительно. То есть это - увы! - две вещи совместные.

Дамы, божьи одуванчики

Фильм начинает Люба. Большая, красивая, сильная, в странновато-нарядном головном уборе с бисерными висюльками на лбу. И в поведении своем тоже странноватая: внезапно лобзает пожилого мужчину на уличной скамейке, приняв за другого - того, с кем переписывалась по объявлению в газетной службе знакомств. Через несколько кадров она буквально всучивает незнакомцу две тысячи, уже считая его суженым и мгновенно загоревшись на ходу выслушанным от него вполне абсурдным проектом бизнеса.

Люба будет вести в фильме тему жертвы брачных аферистов. Тема, хорошо известная и по жизни, и по кино, здесь забавно перевернута - женщина скорее не в хитрой сети обмана, а сама в него оторопело рвется. Приключения Любы с двумя "сужеными" имеют к главной интриге Андрея - Лины касательство косвенное или функцию "второго голоса". Но для мысли фильма важны и необходимы. Озабоченность благополучной вдовы новым замужеством уж, конечно, не "зов плоти" и не материальный интерес, а потребность в общении, боязнь одиночества. Недаром, имея собственный дом, весь фильм торчит в квартире подруги Анны Сергеевны наподобие компаньонки, помощницы под первенством хозяйки.

Так играет свою Любу Нина Русланова, присоединив в фильмографии Муратовой к своим далеким портретам героинь "Коротких встреч" и "Познавая белый свет", к яркому эпизоду прихожанки в черном из недавних "Чеховских мотивов" безупречно живой образ, и комический, и трогательный одновременно.

Муратова верна полюбившимся ей актерам и типажам, готова вновь и вновь возвращаться к ним. Так, кроме Руслановой, Литвиновой и Делиева в "Настройщике" появятся, хотя бы мельком, и красавица Наталья Бузько, и Сергей Бехтерев, и Ута Кильтер, и Никола Седнев (тот, кто сыграл разом двух близнецов во "Второстепенных людях"), и непременный обаятельный монстр Жан Даниэль, и другие лица из предыдущих картин.

...В шуме супермаркета из-за кадра слышится чей-то мелодический голос, толкующий какую-то обыденную покупку, а на экране появляется кисть женской руки, увы! немолодой, но благородной, со старинными кольцами на пальцах. Затем - дама в элегантной шляпке, то ли увядающая красивая блондинка, то ли кандидатка в приближающиеся "старые барыни на вате". Муратова презентирует Анну Сергеевну, вокруг которой завертится основная интрига, через эту красивую руку, обаятельную улыбку дамы, шляпку-органди. Задумано или нет - не знаю, но контрастный образ Лины предваряется кадром двух щиколоток и ступней, торчащих из-под одеяла, натюрморта, скажем прямо, неприглядного. И поскольку в таком кинематографе, как муратовский, все и мельчайшее важно, в дальнейших кадрах, когда тонкие ножки в туфельках на шпильках будут изящно спускаться по лесенке, невольно встанут в памяти те плебейские ступни-конечности. Это, понятно, мелочь, но все же...

Приятная во всех отношениях дама в магазине - "дебютантка" у Муратовой Алла Демидова. Правда, на украинском-то экране актриса вписана скорее в "заслуженные", в ветераны - еще в 1965-м в Одессе снималась в новелле "Комэск", а в 1971-м сыграла Лесю Украинку в биографическом фильме Николая Мащенко "Иду к тебе".

Но почему так поздно произошла встреча Демидовой с Муратовой? Ошибка судьбы.

Встреча двух уникальных художников, двух натур, во многом противоположных, которые, при всей контрастности, имеют родственные черты, точки сближения. В творчестве. В отношении к искусству. В нравственной позиции на фоне современности (сколь бы ни чуждались обе, и та, и другая, подобных громких слов, повторю их во имя точности).

Думаю, экранный муратовский ансамбль приобрел вместе с Аллой Демидовой не только ее самое, но и некий иной артистический уровень, а именно поднялся ступенькой выше.

Все дело в том, что образ Анны Сергеевны, простодушной добычи изобретательных жуликов, достигает на экране такой степени жизненной убедительности, подробности, равной описаниям в классической прозе, такой завершенной пластики, такой тончайшей психологической прорисовки характера, каких в фильмах Киры Муратовой не было со времен незабываемо очаровательной Зинаиды Шарко в "Долгих проводах".

Демидову после показа "Настройщика" в Венеции и в Выборге многие поздравляли с "лучшей киноролью". Правда, Алла Сергеевна, смеясь, рассказывает, как ее поздравлял Валентин Черных: "Алла, это ваша лучшая роль в кино!" "А вы другие мои фильмы видели?", - спросила она. "Нет", - честно признался Черных.

С эпитетом "лучшая" я, пожалуй, готова согласиться, если прибавить, что после знаменитого дебюта Демидовой - поэтесса Ольга в "Дневных звездах" - ей, сыгравшей десятки фильмов (и кое что, на мой взгляд, зря!), не выпадало такое увлекательное задание.

Да и в сегодняшнем кино обеих наших стран (имею в виду Россию и Украину - партнеров "Настройщика"), столь богатом новыми звездными именами и удачами, пожалуй, лишь могучий Богдан Ступка в "Своих" работает с той же безупречностью каждого экранного мига, каждого взгляда, каждого слова. И надо же случиться, чтобы трагическая масляная живопись Ступки и легчайшая нежная филигрань Демидовой - эти актерские шедевры начала XXI века - открывали "Своими" и завершали "Настройщиком" горячий и веселый фестиваль "Молодость-2004"!

Кто же вышел в финал?

По поводу всеобщей "любви к вкусу мяса", о которой Кира Георгиевна упорно говорила, объясняя (если не оправдывая!) злые деяния настройщика Андрея, и это получалось чем-то вроде "базового инстинкта", едва ли не закона человеческого существования, - у меня в контексте с авторством Муратовой давно возникали горестные сомнения.

Еще в интервью после "Трех историй" я к ней прицепилась из-за кадров кошки, которая подобно эпиграфу раздирала с отвратительным визгом куриную тушку.

- Зачем вам, - спрашивала я, - эта жуткая кошка?

- Что же делать? - отвечала Кира Георгиевна. - Я ее не осуждаю. Ей кушать хочется...

Не согласна с такой концепцией вообще, а в применении к Муратовой - тем более.

Ну, во-первых, в любой из постязыческих религий (христианстве, иудаизме, исламе) существует институт поста, ограничивающий эту якобы изначальную людскую потребность. В православии, где помимо четырех ежегодных длительных постов, каждую неделю среда и пятница - постные дни. Ну пусть это дисциплина верующих, не всегда и всеми соблюдаемая, нарушаемая. А вегетарианство? Ведь оно добровольно. И то, и другое (пусть с принципиально разным посылом) не имеют отношения к эгоистической и культуристской целям диеты, так или иначе принадлежат к духовной сфере.

Но дело, разумеется, не только в общих вопросах, а в том, что несут нам с экрана фильмы Муратовой, кто есть она сама, выдающаяся наша современница, огромный художник.

Послушать, как Кира Георгиевна на "Молодос-ти-2004" и в мастер-классе, и в интервью с каким-то даже вызовом повторяла, что в наши дни все решают деньги, - подумаешь: вот кинематографистка-циник, прагматик, женщина без иллюзий. (В отличие от Муратовой продюсер "Настройщика", а также хита "Бумер" с верняковым сиквелом, Сергей Члиянц, громко и публично провозглашает (сама слышала в США, в Питсбурге), что "деньги - мусор", а главное - "арт". И, наверное, правда, так считает, иначе не связался бы с этим шедевром, от которого с "арт" будет все в порядке, а с "профит" - слабо.

Кинорежиссер Кира Муратова. Вот уж яркое подтвержденье того, что провозглашал Пушкин:

        Самостоянье человека,
        Залог величия его...

Никогда не отступать от своих убеждений. В борьбе за них избирать не наступление, не гул речей и деклараций, а стойкость насмерть. Опубликованные в российской прессе архивные материалы (например, три полных полосы в газете "Экран и сцена", 2004, №38-39) свидетельствуют, с каким тупым упорством и идиотизмом травили постановщицу невинной экранизации повести В.Короленко киноначальники трех городов - Москвы, Киева и Одессы, как она была дисквалифицирована, отлучена от режиссуры, уволена со студии, оформлена библиотекарем. И как вела себя, продолжая не зариться на "благоприятные условия" где-то там, за кордоном и за океаном, а насмерть сидеть в своей благословенной "глухой провинции у моря", как выразился сосланный на Север "за тунеядство" ее любимый поэт Иосиф Бродский.

Возвращаясь к "Настройщику", вглядимся в то, что Муратова назвала "мягким саспенсом" и финалом, где, как ей кажется, происходит слияние обиженной героини и зрителя.

Афера стопроцентно удалась. Анна Сергеевна потеряла всю свою долларовую наличность. Подруги едут в трамвае. На сиденье банального городского средства сообщения предоставила Муратова последний монолог Анне Сергеевне, она же Алла Демидова, еще вчера Раневская, Федра, Медея...

Не обида, не горечь - другие чувства, очень сложная их гамма звучит в прерывистой, переходя в спазм, речи обманутой, оскорбленной в лучших и светлых своих чувствах. "Ведь он был хороший мальчик, - повторяет героиня, глотая слезы. - Он мог быть хорошим музыкантом"... "Люди - они же слабые! Беззащитные... Никогда себе не прощу".

Некогда Владимир Соловьев назвал свое главное философское сочинение "Оправданием добра".

Но нуждается ли добро в "оправдании"?


Нея Зоркая


  К списку статей о фильме "Настройщик"


  



Биография| Новости| В театре| В кино
Книги| Аудио и видео| Интервью| Статьи и ...
Портреты| Гостевая| Авторы
Интересные ссылки
© 2004-2006 Copyright